Царевич просит у отца прощенья...

Тяжёл отцовский взгляд. Сын перед ним.
Вина, а может, клевета - сломила...
Непонимание, как едкий дым.
И даже время, кажется, застыло.

Два принципа морали так близки...
Для очень многих выше справедливость.
Но можно ведь понять, и снизойти,
И проявить неслыханную милость...

На это Пётр, конечно, не пошёл.
Быть милосердным, безусловно, сложно.
Тот эпизод в Истории большой
Запечатлел талантливый художник.

Картина повествует, не молчит
О том, что было в мире и такое...
А ныне здесь музей. Луна в ночи
Взойдёт, внезапно высветит покои,

И тени разойдутся по углам,
И – раз в сто лет,– возникнет привидение:
Великий Пётр; а здесь вот, у стола,
Царевич просит у отца прощенья!